Новое

История мученичества дочери Имама Хусейна — Рукайи

комментария 2

Сегодня, 13-го числа месяца Сафар, последователи семейства Пророка, да благословит Аллах его и его род, с болью в сердце встречают трагическую дату — день мученической смерти возлюбленной дочери жестоко убитого армией Язида ибн Муавии внука Посланника Аллаха Хусейна ибн Али, да будет с ним мир и благословение Аллаха, которой было всего несколько лет от роду. Признаться, мы не могли сдержать слёз, переводя эти горестные и тяжкие для прочтения хадисы, рассказывающие о событиях, произошедших после битвы при Кербеле глазами маленькой невинной девочки; некоторые же предания ведутся со слов гонителей пророческого семейства — солдат армии Умара ибн Саада. Рукайя, да будет мир с ней, в конце своей недолгой и не по-детски тяжёлой жизни была уведена в Дамаск, где и умерла от невыносимого горя и бесчеловечных побоев.

1. В день Ашуры госпожа Сакина, да будет мир с ней, сказала своей трёхлетней сестре:

«Пойдём и возьмёмся за конец его (Имама Хусейна) одежды и не отпустим его. Если отец уйдёт, то его убьют!».

Имам Хусейн, да будет мир с ним, услышав эти слова, горько заплакал. Тогда Рукайя, да будет мир с ней, сказала: «О отец, я не стану препятствовать твоему уходу, но будь терпелив, дабы я могла увидеть тебя (в последний раз)». Имам обнял свою дочь и поцеловал её пересохшие от жажды губы. Маленькая девочка сказала: «О отец, я сильно хочу пить, жажда сожгла мою печень…». Имам Хусейн, да будет мир с ним, сказал ей: «Сядь у палаток. Я пойду за водой для тебя». Имам встал и направился было на поле брани, когда Рукайя схватила отца за руки и, плача, воскликнула: «О отец, о душа моя, куда ты уходишь? Почему ты уходишь от нас?». Тогда Имам вновь обнял своего ребёнка и успокоил его. Потом он отделился от неё с окровавленным (от горя) сердцем («200 дастан аз-карамат уа масайиб хазрат Рукаййа»).

2. После событий Кербелы, Язид ибн Муавия, да проклянёт его Аллах, спросил у проклятого Шимра: «Ты был в Кербеле, было ли так, что тебе стало жалко Хусейна?». Шимр ответил: «Из событий, которые сжигали моё сердце был момент, когда Хусейн, попрощавшись, вышел из палаток. Маленькая девочка обняла его и закричала: „Горе, о отец!“, и от её крика сжигались сердца. В это время Хусейн опустил голову и по его щеке покатилась слеза. Этот ребёнок говорил Хусейну: „О отец, верни нас в Медину!“» («Хазрат Рукайа», с. 550).

3. Имам Хусейн, да будет мир с ним, попрощавшись со своей семьёй, вышел из палаток и направился на поле битвы. Пройдя немного, маленькая девочка побежала за ним. Эта девочка сказала: «Я не хочу препятствовать тебе, но у меня есть просьба. Отец! Не торопись, остановись, позволь увидеть тебя вновь!». Имам Хусейн, да будет мир с ним, обнял эту маленькую девочку и успокоил («Хазрати Хусейни», т. 1, с. 124).

4. Один из солдатов армии Умара ибн Саада, Хиляль ибн Нафе, рассказал: «Я стоял в первых рядах войска и увидел, как Хусейн, попрощавшись со своей семьёй, направился на поле битвы. В это время маленькая девочка вышла из палаток и маленькими шагами добежала до Хусейна, схватила его за одежду и сказала: „О отец, посмотри на меня! Я хочу пить!“. Тогда Хусейн заплакал и сказал этой девочке, плача: „Я знаю, о дочка, что ты хочешь пить. Аллах напоит тебя, ибо Он — мой защитник и моё прибежище“. Я спросил у людей: „Кем приходится эта маленькая девочка Хусейну?“. Мне ответили: „Это трёхлетняя дочка Хусейна — Рукайя“».

5. Салех ибн Абдуллах рассказал: «Когда подожгли палатки, Ахль аль-Бейт вышли в пустыню. Там я увидел маленькую девочку, и её одежда горела. Она бегала и плакала от страха. Мне стало жалко её, и тогда, чтобы потушить огонь её одежды, я поскакал к ней. Я сказал ей: „Не бойся, я не хочу тебе навредить!“. И она остановилась. Я спешился с лошади и потушил огонь её одежды. Вдруг девочка попросила меня: „Мои губы засохли от сильной жажды, дай мне глоток воды!“. Услышав эти слова, моё сердце смягчилось и, заполнив сосуд водой, я дал ей. Она, взяв воду, воскликнула: „Ах!“ и направилась куда-то. Я спросил: „Куда ты хочешь пойти?“. Она ответила: „У меня есть младшая сестра, и её жажда сильней моей“. Я сказал: „Не бойся, запрет на воду был убран для вас“. Она сказала: „У меня есть вопрос к тебе: мой отец Хусейн умер жаждущим? Ему дали воды или нет?“. Я ответил: „Нет, клянусь Аллахом, он говорил: «Дайте мне глоток воды», но ему никто не дал воды“. Девочка, услышав эти слова, не выпила воды. Некоторые говорят, что эту девочку звали Рукайей» («Маваиз шуштари», с. 140).

6. В Кербеле госпожа Зайнаб, да будет мир с ней, заснула. Во сне она увидела свою мать Фатиму Захру, да будет мир с ней. Зайнаб сказала: «О мама, знаешь ли ты о нашем состоянии?». Фатима ответила: «У меня нет сил слышать об этом». Зейнаб пожаловалась: «О мама, кому мне тогда рассказать о моём горе?». Фатима ответила: «Я была там, когда голову моего сына Хусейна отделили от тела. Поднимись же сейчас и найди Рукайю». Госпожа Зайнаб, да будет мир с ней, проснулась и сколько бы Рукайю не звали, она не отзывалась. Тогда Зайнаб с Умм Кульсум, плача, отправились на её поиски. Наконец, они услышали голос Рукайи на поле битвы. Они нашли Рукайю у истерзанного трупа её отца: она лежала на его благословенном теле и, положив свои руки на грудь Имама, причитала о своём горе. В это время пришла и Сакина, да будет мир с ней, и они вернулись к сожжённым палаткам. Сакина спросила свою сестру Рукайю: «Как ты нашла тело нашего отца?». Рукайя ответила: «Я столько кричала: „Отец, отец!“, что услышала голос нашего отца, который сказал: „Иди сюда, я тут!“» («Самарат аль-хайат», т. 2, с. 16).

7. Рукайя, придя к убитому Имаму Хусейну, да будет мир с ним, обняла его и сказала:

«Отец, почему ты не разговариваешь со мной? Отец, посмотри, нас взяли в плен!».

Тогда к маленькой девочке подошли проклятые солдаты Умара ибн Саада, ударили Рукайю и попытались отделить её от Имама. Сколько бы солдаты её не били, сколько бы они не пытались отделить её от отца, но у них ничего не вышло. Рукайя сказала:

«О отец, меня бьют кнутом, так, что тело моё почернело!».

Также было передано, что госпожа Рукайя села у тела Имама Хусейна, да будет мир над ними обоими. Она целовала плечи Имама, прикладывала руку отца к своему сердцу и протирала свои глаза. Рукайя жаловалась отцу:

«О отец! Твоя смерть обрадовала неверных и осветила глаза врагов. Отец! Род Омейядов облачил меня в одежды сироты с малолетства. О дорогой отец! Кто защитит меня, когда спустится мрак ночи? Если я захочу пить, то кто даст мне воды? О дорогой отец, посмотри на мою тетю (Зайнаб) и маму: их волосы растрёпаны, сердца их опечалены, они избиты и взяты в плен…».

Потом госпожа Рукайя, да будет мир с ней, сказала:

«О люди! Если вы хотите уйти, то уходите и забирайте этих женщин с собой, но оставьте меня рядом с отцом, ибо я — малое дитя и нет у меня сил сесть на верблюда. Оставьте меня одинокой у окровавленного тела моего отца, чтобы я могла скорбеть слезами и криками о горе. Если я умру в таком состоянии, то вы не будьте ответственны за мою кровь».

Тогда один из врагов силой поднял Рукайю и оттащил от тела Имама. Рукайя сказала своему отцу:

«О добрый отец! Враги украли мои серьги и одежды! О отец, разве ты не посмотришь на наши головы, оставшиеся без покрывала, и сожжённые плечи? О отец! Посмотри на мою тетю Зайнаб, как её избили плетьми…».

«200 дастан аз-карамат уа масайиб хазрат Рукаййа», с. 137

8. Харис Шами рассказал: «В одну из ночей мы с несколькими людьми были смотрителями за семьёй Хусейна. В эту ночь детей Пророка поселили в развалинах, и голову Хусейна повесили на ветке дерева неподалёку от руин. Рано утром я увидел как маленькая девочка вышла на улицу из развалин. Она передвигалась медленно и тихо, чтобы её никто не заметил. Кроме меня, все смотрящие спали. Я притворился спящим и ничего не говорил, желая узнать куда направляется эта девочка. Эта маленькая девочка несколько раз двигалась вперёд и возвращалась, боясь. Но потом всё же она подошла к дереву и села под ним. Она сказала: „О дорогой отец! Горестно мне от расставания…“. Девочка смотрела на голову Хусейна, разговаривала с ним и плакала. В это время голова Хусейна спустилась и очутилась на одном уровне с лицом девочки. Она молвила голове:

„Мир тебе, о отец! Горестно после тебя от печали! Горестно после твоей смерти от одиночества… Отец, нас взяли в плен, к нам проявили неуважение и сожгли наши палатки! Они заковали нас в цепи! А сейчас они поселили нас в развалинах…“.

После этих слова маленькая девочка закричала и потеряла сознание. Клянусь Великим Аллахом, голова Хусейна опустилась и принялась целовать девочку. Потом отрезанная голова Хусейна сказала:

„О свет моих очей! Терпи, ибо из-за несчастий, постигших нас, мы будем судить виновных!“.

Потом голова Хусейна сказала: „Дочка! Подошли к концу трудности твоего плена, мучения дороги и твоё горе. Через несколько дней ты присоединишься ко мне…“».

Харис Шами продолжил: «И через несколько дней я услышал крики со стороны руин. Я спросил: „Что случилось?“. Мне ответили: „Рукайя умерла“» («Самарат аль-хайат», т. 2).

9. Госпожа Зайнаб сказала о мученичестве Рукайи, да будет мир над ними обеими: «Смерть Рукайи согнула мою спину и заставила поседеть мои волосы» («Ситарайи дирахшани шам», с. 223).

Поделиться
Отправить
Класснуть
Плюсануть

Похожие публикации

Комментариев — 2

  1. Диляра пишет:

    Салам. В 6м хадисе сказано про сестер Зейнаб и Умм Кульсум. Меня интересует была ли у имама Али (а) и Фатимы (а) дочь Умм Кульсум?

  2. Salman пишет:

    Мир!
    Да, знающие говорят, что была.
    Но она никогда, как утверждают сунниты, не была женой Умара Хаттаба.
    Это ложь и клевета.
    Она также была в семьёй Имама Хуссейна(мир им) в дни Ашуры в Карбале.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll Up